Спасительный «Реквием»

18.06.2014

Переживший Холокост чешский еврей Эдгар Краса не участвовал в восстании в гетто и не сражался в партизанском отряде. Вызов нацизму он бросил с помощью музыки.


В числе других пражских евреев 24 ноября 1941 года 21-летний Краса был депортирован в концлагерь Терезиенштадт. Расположенный в 60 км от Праги Терезиенштадт (Терезин) считался «образцово-показательным» лагерем, в который свозили представителей еврейской культурной элиты из Германии, Австрии и Чехии. Условия содержания там, действительно, были довольно сносными по сравнению с другими нацистскими лагерями, однако подавляющее большинство узников Терезина в конце концов депортировали в Освенцим.

«Оказавшись за толстыми стенами гетто, мы сразу почувствовали себя заключенными», — вспоминает 93-летний Краса, ныне проживающий в Бостоне.

Нацисты использовали Терезин в пропагандистских целях: чтобы показать, как гуманно они обходятся с евреями. Постепенно, впрочем, условия содержания в лагере ухудшались. Если изначально он был рассчитан на пребывание пяти тысяч человек, то ближе к концу войны количество заключенных выросло в 11 раз.

Эдгар Краса жил в одном бараке с молодым дирижером из Праги Рафаэлем Шехтерем, который организовал из заключенных оркестр и хор. В репертуар терезинских музыкантов входили такие произведения, как «Волшебная флейта» Моцарта, «Проданная невеста» и «Поцелуй» Сметаны, «Реквием» Верди.

Хор репетировал в холодном темном подвале после нескольких часов изнурительного физического труда. Состав коллектива постоянно менялся: одних музыкантов депортировали в Освенцим, им на смену приходили новые. «Шехтер поднимал наш дух. Мы были голодны, зверски уставали от работы, но нам было ради чего жить», — вспоминает Краса, который пел в хоре и 16 раз публично исполнил «Реквием» Верди.

Поначалу репетиции проходили тайно, но затем представители терезинского юденрата смогли убедить лагерное начальство в том, что хор полезен, поскольку демонстрирует доброе отношение нацистов к еврейским узникам. После этого культурная жизнь в Терезине бурно расцвела. Официальный статус получили оркестр и джазовый ансамбль. Заключенные устраивали фортепианные концерты, ставили оперы. Перед выступлениями даже печатались афиши. Оказавшиеся в гетто всемирно известные ученые читали публичные лекции по разнообразным дисциплинам — от физики до философии.

В июле 1944 года Терезин посетила делегация Международного комитета Красного Креста: нацисты пытались убедить членов делегации в том, что евреям в оккупированной Европе живется вполне сносно и ни о каком геноциде речи не идет.

К визиту тщательно подготовились: депортировали в Освенцим максимальное количество заключенных, решив таким образом проблему перенаселенности гетто, построили фальшивые кафе, магазины, банк, детские сады и школы, разбили сады и сняли пропагандистский фильм, изображающий жизнь в Терезиенштадте идиллической и комфортной. Комиссия Красного Креста прибыла 23 июля 1944 года. В рамках культурной программы был запланирован и концерт. Чтобы намекнуть инспекторам на истинное положение дел в лагере, терезинские музыканты выбрали для исполнения «Реквием» Джузеппе Верди, по сути представляющий собой музыку к заупокойной мессе. По мнению Рафаэля Шехтера, исполнение «Реквиема» должно было стать актом неповиновения и демонстрации человеческого достоинства заключенных.

«Если бы нацисты поняли смысл латинского текста “Реквиема”, они тут же депортировали бы нас в Освенцим», — убежден Краса.

Недавно в Берлине состоялось исполнение «Реквиема», приуроченное к 70-летию терезинского концерта. Эдгар Краса с женой посетил концерт, а двое его сыновей и 18-летний внук выступили в качестве хористов. Дирижировал американец Марри Сидлин, создатель фонда Defiant Requiem Foundation, призванного увековечить наследие узников Терезиенштадта.

Эдгар Краса был депортирован из Терезина в Освенцим, а в самом конце войны пережил марш смерти. В 1950 году он эмигрировал из Чехословакии в США, где сначала руководил домом престарелых, а затем открыл ресторан. Дирижер Рафаэль Шахтер также пережил Освенцим, но погиб во время марша смерти, всего за месяц до окончания войны.

«Музыка — это нечто большее, чем просто исполнение определенной мелодии по нотам, — говорит Эдгар Краса. — Мне музыка помогла выжить в страшные времена Холокоста».

Роберт Берг