Изгои Маламуда

18.03.2016

В американской прозе его сравнивали с Зингером и Беллоу, в русских переводах – с Достоевским и Чеховым. Сам он говорил, что хоть еврейство и важно для него, он все-таки чувствует, что пишет для всех людей. Его книги, за которые он получил десятки премий, в том числе и Пулитцеровскую, о том, что слова и мысли могут победить хаос, а этика и закон – варварство. И даже для самых заброшенных и покалеченных душ есть возможность выпрямления и прощения. Вот уже 30 лет с нами нет талантливого писателя Бернарда Маламуда.

Долгое время на него смотрели, как на одного из многих. Затем в его творчестве стали обнаруживать точки соприкосновения с другими писателями «еврейского ренессанса» в американской прозе, сравнивая с Исааком Зингером, Солом Беллоу и многими другими. Когда же его рассказы начали переводить на русский язык, он очутился в одном ряду с Достоевским и Чеховым. И только после того, как Бернард Маламуд завершил свой путь 18 марта 1986 года, все стали замечать именно те своеобразные черты, которые делают писателя индивидуальностью. Задачей же самого писателя было просто привлечь внимание людей к тому, что происходит с нами и с миром. Показать и доказать, что существование человечества без человечности и милосердия невозможно.

Маламуд родился в 1914 году в Бруклине, нью-йоркском районе, в конце прошлого века заселенном еврейскими иммигрантами. Его родители Макс Маламуд и Берта Фидельман были выходцами из России, «нежные, честные и добрые люди», как вспоминал о них сам Бернард. Отец держал небольшую бакалейную лавку, и за прилавком этого магазинчика прошла вся юность будущего писателя, совпавшая с периодом Великой депрессии. Впоследствии жизнь многих героев его новелл и романов будет основана именно на этих юношеских воспоминаниях. Возможно, трудные годы детства отчасти и повлияют на его формулировку жизни как «трагедии, полной радости». Радостными моментами детства Бернард считал посещение кинематографа и местного идиш-театра. Еще одним увлечением для него являлось чтение. Первые рассказы он стал писать еще в школе, окончив которую, поступил в колледж, а затем и в университет. Оплачивая обучение самостоятельно и подрабатывая по вечерам, он продолжал писать, приходя домой поздней ночью. Его рассказы не принимали в журналах, он бедствовал, но свое увлечение не предавал.

Он долго ждал литературной известности. По воспоминаниям его дочери, первый роман был написан им еще в 1948 году, однако, завершив его, Маламуд тут же сжег печатную рукопись, не объясняя причин и никому не показывая. Затем в 1952 году последовал «Прирожденный мастер», принятый критиками весьма тепло. Это была книга о судьбе игрока в бейсбол, погубленного царящей в американском спорте коррупцией. Однако настоящая известность пришла к нему только в 1957 году после выхода в свет романа «Помощник», ставшего бестселлером и привлекшего внимание к автору.

В 1961 году он завершает «Новую жизнь», а в 67-м – знаменитого «Мастера». Роман был написан по мотивам дела Бейлиса, за него писатель и получил Национальную книжную и Пулитцеровскую премии. Затем последуют «Жильцы», «Жизни Дьюбина» и «Божья милость». Между романами он пишет новеллы, включая их в сборники, отмечая их как «трамплины перед написанием нового романа»: «Волшебный бочонок», «Дорогу идиотам», «Шляпа Рембрандта» и «Рассказы Бернарда Маламуда». Он станет лауреатом многих премий, а с 1988 года в память о Бернарде Маламуде будет вручаться и премия его имени за короткую прозу. Ведь, несмотря на успешность больших романов, популярность и любовь читателей он завоевал все же своими новеллами, собранными в сборники. Рассказами, показывающими жизнь, которую Бернард видел вокруг себя, историями, не теряющими актуальности и ныне.

В его историях – мир бедных кварталов, доходных домов и национальных гетто. Мир нетерпимости, отчаяния, жестокости и равнодушия, соседствующий с миром участия, нежности, надежды и веры. Он пишет о неустроенности быта и жизни, о трагедии изгнанника, о людях, приспособившихся к современному обществу и нашедших в нем свое место. Пишет и о тех, кто не может принять мир таким, какой он есть, потому что сохранилась в них искра подлинной, а не официальной человечности. Рассказывает о людях различной национальности, но прежде – и больше всего – о той, к которой принадлежит сам, – о евреях. И хотя многими он позиционируется исключительно как еврейский писатель, сам Маламуд говорил: «Еврейство важно для меня, но я не считаю себя только еврейским писателем. Я чувствую, что пишу для всех людей».

Каждый его рассказ – это нечто новое, но с неизменным философским подтекстом. Он описывал будничную жизнь своих героев, наполняя ее конфликтами, заставляющими задуматься о многом. О духовных проблемах, о реальности или призрачности человеческой свободы. О силах, сплачивающих или, напротив, разъединяющих людей. О сострадании, являвшимся для Маламуда высшей и непререкаемой этической нормой, которой личность, на его взгляд, обязана руководствоваться даже в самых гнетущих обстоятельствах. Но не каждая личность на это способна. Пример из современной жизни – случайное прочтение двух мнений на его новеллу «Еврейская птица». Первое: «Если вам когда-нибудь придется объяснять ребенку, почему люди друг друга ненавидят, воюют и так далее, то основу для разговора можно взять отсюда. Колкая притча с не самым добрым концом и с перенесением человеческих черт на пернатого гостя. Единственное, о чем думаешь после, так это о том, чтобы подобные прецеденты больше не повторялись». И второе: «Забавный рассказ... Значит, залетела в окно одной семье птица. Да не простая ворона, а еврейская. И начала у них жить, как заправский еврейский дядюшка. Так и не понятно, если честно, справедлива с ним судьба была или нет. Просто забавный рассказ, аллегорический среднестатистический еврей... На любителя, в общем».

Разные мнения, разные люди. Но сам Бернард Маламуд всегда считал, что «самые заброшенные и покалеченные души не безнадежны: и для них есть возможность выпрямления, возможность прощения». Единственное, чего он не мог принять, так это полную бездуховность. И недаром его роман «Божья милость» считается романом-предупреждением. Действие романа происходит на острове, выступающем в качестве границы пространственной и временной. Людей больше нет, потому что их уничтожил потоп, сотворенный Всевышним. И если после Всемирного потопа Всевышний сознательно оставил Ноя и всех остальных на ковчеге, то новый уничтожил всех людей, став следствием устроенной ими бойни.

Герой романа Кальвин Коэн случайно остался жив, получив возможность осознать и осмыслить весь тысячелетний опыт человеческих ошибок. Но он перекладывает ответственность за ряд поступков на Всевышнего. Коэн вновь пытается построить цивилизованное общество из разумных обезьян, которые живут на острове, но в конце концов шимпанзе убивают его. Единственный, кто пытался ему помочь, – островной изгой горилла Джордж. Зверь, который оказывается человечнее всех, и именно он символизирует единственную надежду на возможность возрождения человечества. При одном условии – ответственного подхода к каждому человеческому поступку.

Вышедший после смерти Маламуда незаконченный цикл рассказов «Люди» будто бы являлся продолжением этого романа. В нем главный герой становится вождем племени, которое так и называется – Люди. Они потомки племени, жившего раньше. Какая им была уготована судьба, было известно лишь автору. Но, по воспоминаниям близких, писатель хотел завершить этот цикл так, чтобы не отнимать у людей надежду. Подчеркнуть, что он верит в человечество. Сам же Маламуд верил в то, что «слова и мысли могут победить хаос, знание может победить невежество, этика и закон – варварство». «Ведь Вселенная всегда реагирует на человеческое стремление к справедливости и добру», – говорил он.

Надежда Громова